Мы думали, что знаем друг друга

Илья лишь мельком взглянул на фотографию, но теперь пристально всматривался в знакомое лицо, словно надеялся обнаружить ошибку. Не может быть! Но под фотографией стояло её имя, ниже шли несколько строк об увлечениях. Что-то о книгах, о любви к детективам. Всё вполне знакомое. И от этого происходящее казалось ещё более невероятным.

Ирина. Его Ирина. В приложении знакомств!

Первым порывом было немедленно потребовать объяснений. Что она здесь делает? Давно зарегистрировалась? С кем успела познакомиться? И главное, зачем ей вообще понадобилось искать кого-то другого?

Илья почувствовал, как поднимается обида. Он всегда доверял жене. За долгие годы у него не возникало серьёзных причин сомневаться в её верности, и сейчас обнаружить такое было особенно неприятно.

Само присутствие Ирины здесь казалось почти предательством. Ведь люди регистрируются в подобных приложениях не просто так. Значит, ей чего-то не хватает? Или кто-то уже появился?

Последняя мысль задела особенно сильно.

Он вдруг представил, как Ирина переписывается с незнакомым мужчиной, получает комплименты, смеётся над его шутками. Возможно, они уже о чём-то договорились. Может быть, даже о встрече.

Нет, стоп. Откуда он это взял?

Перед ним была только анкета. Никаких сообщений он не видел и понятия не имел, с кем Ирина общается и общается ли вообще. Всё остальное он успел придумать сам.

Илья попытался успокоиться. Всё-таки он привык сначала разбираться в обстоятельствах, а уже потом делать выводы. Но рассудительность, которая обычно неплохо ему помогала, сейчас почему-то давалась с большим трудом.

Хотелось позвонить жене, прямо спросить, что происходит, и услышать убедительное объяснение.

И тут его осенило.

А как, собственно, он собирается объяснить, откуда узнал про её анкету?

Илья даже растерялся от этого простого вопроса. Ведь он сам находился в том же приложении. Причём не случайно заглянул из любопытства, а зарегистрировался, разместил фотографию, переписывался, флиртовал. И получал от всего этого немалое удовольствие.

Конечно, у него не было никаких серьёзных намерений. Он не собирался изменять Ирине, не назначал свиданий и вообще не представлял, чтобы дело зашло дальше приятной переписки.

Но откуда ему знать, какие намерения у неё?

Он снова посмотрел на фотографию жены.

Себе Илья находил вполне разумное объяснение. Ему просто хотелось немного внимания, хотелось почувствовать, что он ещё может нравиться. Ничего страшного в этом прежде не виделось.

А теперь оказалось, что одна только анкета Ирины вызывает у него такую бурю чувств.

Он вспомнил собственные переписки. Как охотно отвечал на комплименты, как старался придумать что-нибудь остроумное, как радовался, когда ему писали первому. Всё это казалось безобидным развлечением, пока он не представил, что жена может заниматься примерно тем же самым.

Илье стало не по себе.

Получалось довольно некрасиво. Себе он позволял искать внимания на стороне, прекрасно зная, что дальше переписки дело не пойдёт. А Ирине уже мысленно предъявил целый список обвинений, даже не выяснив, что она здесь делает.

Впрочем, признать собственную непоследовательность оказалось гораздо проще, чем справиться с обидой.

Одно дело рассуждать, что люди просто знакомятся и обмениваются сообщениями. И совсем другое – представить, как твоя жена радуется чужому вниманию. Особенно когда ты привык считать, что между вами всё хорошо.

Илья ещё раз перечитал её анкету. Несколько самых обычных фраз. Ни объяснений, ни ответов на вопросы, которые теперь не давали ему покоя.

Что именно Ирина искала здесь? Простого общения? Новых впечатлений? Или всё-таки чего-то большего?

Он не знал. И собственный опыт, который ещё недавно казался таким приятным и безобидным, ничуть не помогал разобраться в её поступке.

Поговорить с Ириной было необходимо. Но теперь Илья уже понимал, что не сможет просто потребовать от неё объяснений, как собирался в первую минуту.

Прежде придётся самому ответить на несколько весьма неудобных вопросов.