Цена чужих решений

Вечером Ирина приехала к маме.

– Хозяйка спрашивает, будем ли мы продлевать квартиру.

Мать насторожилась.

– Ну и что ты ей ответила?

– Пока ничего. Но продлевать я больше не буду.

Мать несколько секунд смотрела на неё, словно не поняла услышанного.

– Как это — не будешь?

– Так. Мы договаривались на полгода. Потом я ещё два раза продлила квартиру. Больше я платить не буду.

– Подожди. Ты сейчас серьёзно?

– Да.

Мать резко поднялась со стула.

– И куда я должна идти?

– Нам нужно решить...

– Что решать? – перебила она. – Мне отсюда съезжать. Куда? На улицу?

– Мам...

– Нет, ты мне скажи. Ты действительно сможешь спокойно спать, зная, что твоя родная мать осталась без крыши над головой?

Ирина молчала.

– Я квартиру продала, денег у меня нет. Мне идти по подъездам с чемоданами? Или на вокзал? И всё потому, что тебе вдруг надоело за меня платить?

– Это не «вдруг».

– Конечно. Ты всё уже решила. А что со мной будет – неважно.

– Мам, это неправда.

– А что правда? Что родная дочь решила сделать мать бомжом?

Ирина почувствовала, как внутри всё привычно сжалось. Ещё несколько месяцев назад после таких слов она, наверное, уже пообещала бы заплатить ещё раз – только чтобы прекратить этот разговор.

Но сейчас промолчала несколько секунд и сказала:

– Нужно говорить с Серёжей.

Ирина достала телефон.

– Сейчас узнаем.

Сергей ответил после нескольких гудков.

– Ир, привет. Что случилось?

– У мамы заканчивается аренда. Я больше её не продлеваю.

На несколько секунд в трубке стало тихо.

– И что теперь делать?

– Серёж, это как раз то, что нам нужно решить.

– Ты хочешь, чтобы я дальше за неё платил?

– Я хочу, чтобы это больше не было только моей ответственностью. Квартиру продали ради твоего бизнеса. Я оплатила маме жильё на полгода, потом ещё два раза продлила. Дальше я не буду.

Сергей помолчал.

– Ир, я сейчас не потяну ещё одну аренду. Я за свою квартиру плачу.

– Я понимаю.

– Если мама останется там, мне придётся оплачивать две квартиры.

Ирина ничего не ответила.

– Ну конечно, – вдруг сорвался Сергей. – Тебе легко. У тебя своя двушка, деньги есть. Сидишь одна на своих метрах и рассуждаешь про ответственность. А у меня съёмная однушка и денег почти нет.

– Серёж...

– Что «Серёж»? Мать без квартиры осталась. У меня бизнес развалился, семья развалилась. А ты даже пустить её к себе не можешь.

Ирина почувствовала, как внутри поднимается злость.

– А знаешь, почему я сейчас с квартирой и могу сама за себя платить? Потому что я всю жизнь свои проблемы решала сама.

– Началось.

– Нет, не началось. Тебе с детства помогали раньше, чем ты успевал попросить. Тебя вытаскивали, оправдывали, давали ещё один шанс. В этот раз мама вообще продала ради тебя квартиру. А когда всё рухнуло, почему-то оказалось, что разгребать это должна я.

– Я не просил тебя разгребать.

– Правда? А кто в первый день сказал: «Ну пока у тебя»?

Сергей замолчал.

Ирина тоже молчала.

Через несколько секунд он уже спокойнее сказал:

– И что ты предлагаешь?

– Я не говорю тебе, какое решение принять. Но дальше это не может оставаться только моей проблемой.

– Я две квартиры не потяну.

– Значит, нужно искать другой вариант.

– Знаешь что, Ир... Я сейчас вообще не могу это обсуждать.

– Серёж...

Но он уже отключился.

Ирина несколько секунд смотрела на погасший экран, потом убрала телефон.

Мама всё это время сидела напротив.

– Ну?

– Ничего. Серёжа сейчас ничего решать не готов.

– И что мне делать?

Ирина взяла со стола ручку, придвинула к себе лежавший рядом листок и написала номер телефона.

Мать посмотрела на бумажку.

– Что это?

– Контакт хозяйки.

– И?

– Всё. Дальше договаривайтесь с ней сами. С ней, с Серёжей – как решите.

Мать уставилась на неё.

– То есть ты просто уходишь?

– Да, мам. Я больше не буду решать это за всех.

– Очень удобно.

Ирина поднялась.

– Возможно. Но я уже сделала всё, что обещала. И даже больше.

Она взяла сумку и направилась к двери.

– Доченька!

Ирина остановилась, но не обернулась.

– Если вы решите оставить эту квартиру – договаривайтесь об оплате сами. Если решите съезжать – тоже решайте сами. Я больше в это не вмешиваюсь.

И вышла.

Позже Сергей сам позвонил.

– Ир, я с мамой поговорил.

Ирина молчала, ожидая продолжения.

– Пусть переезжает ко мне.

– Ты уверен?

– А какой ещё вариант? Две квартиры я всё равно не потяну.

Он говорил устало, уже без прежней злости.

– Места мало, конечно. Да ещё и собака эта. Но придётся как-нибудь разместиться.

– Хорошо.

– Только ты ей помоги с переездом.

Ирина вздохнула.

– Приеду, помогу собрать вещи. Остальное решайте сами.

– Ладно.

В день переезда Ирина приехала к маме заранее. К приезду Сергея вещи уже были собраны.

Он быстро погрузил чемоданы в машину, мама с собакой села рядом, и вскоре они уехали.

Ирина осталась у подъезда и смотрела им вслед, пока машина не скрылась за поворотом.

Ей было тяжело от того, что всё закончилось именно так. Она переживала за маму: та снова должна была приспосабливаться к новому жилью. Теперь придётся уживаться с Сергеем в его небольшой квартире, и Ирина совсем не была уверена, что им будет легко вместе.

И всё же вместе с тревогой она чувствовала облегчение. Не радость от того, что проблема теперь досталась брату, а именно облегчение от того, что на этот раз ей удалось не взять всё на себя.

Ирина знала, что будет звонить маме, приезжать и помогать, если действительно понадобится. Но снова расплачиваться за чужие решения и каждый раз становиться спасателем, который должен всё уладить, она больше не хотела.

От этой мысли ей всё ещё было немного не по себе. И в то же время — непривычно спокойно.

Ирина ещё немного постояла у подъезда, потом развернулась и пошла домой.